Надо довериться Богу. Но не сделать вид, а довериться по-настоящему…

Об отце, о Боге и об уроках с первоклассником. О конфликте веры и актерской профессии и сериале "Сваты". О том, получается ли уважать своих детей и за что Олеся любит учительницу математики сына. Об этом и многом другом рассказала актриса Олеся Железняк в программе "Парсуна".

Парсуна. Книга вторая. Неизвестное об известных

Владимир Легойда

510 р

Надо довериться Богу. Но не сделать вид, а довериться по-настоящему. Потому что когда делаешь вид — это всегда для кого-то, а когда по-настоящему, ты это понимаешь глубинно, и это работает.

Нужно не протестовать и делать то, что ты можешь. Правда, бывает, ты с чем-то сильно не согласен. Допустим, в профессии. Или сын в седьмом классе поступал в лицей и не поступил, был в листе ожидания. И мне кто-то говорит: «Почему ты не пойдешь и не попросишь, ты же можешь поговорить». А я… не умею, у меня возникает какой-то дикий зажим.

Я, кстати, довольно веселый человек, но не умею выступать на каких-то мероприятиях, даже просто сказать поздравление — у меня выходит как-то коряво, и я потом так стесняюсь… Но тогда с сыном я подумала: «А может, действительно… Что в этом такого? Я же не за себя прошу, за сына». И пошла.

Стучусь, дверь открывается, директор смотрит на меня, а я думаю — сейчас скажу: «Здравствуйте», а  она меня узнает и скажет: «Ой, вы мне так нравитесь как артистка», я скажу: «Да? А у меня сын не поступил»… А она смотрит на меня и говорит: «Вам что?» Я говорю: «Знаете, у меня сын не поступил». Она говорит: «И что?» — «Ничего»,— говорю.

А она: «Так чего же вы хотите?» — «Не знаю. Вот зашла к вам. Он в листе ожидания», — говорю. «Ну, ждите».— «До свидания»,— говорю. И ушла. А потом ужасно себя ругала: зачем пошла? Чего я ждала, на что я надеялась? А спустя какое-то время сын поступил. Хотя не знаю, как закончит, учится плохо… Потому что он влюбился. Периодически меня вызывают на онлайн-совещания, и я сижу с виноватым видом, а учителя в окошках мне говорят: «Савелий не учится». Я смотрю на сына, он смотрит на меня…

Пока он был в листе ожидания, у него была частная учительница, прекрасная учительница математики, с которой он получил невероятный духовный опыт. Он ее очень обижал, мой сын, мой прекрасный нежный мальчик. И однажды она прислала мне его письмо — очень грубое, хамское письмо. Когда я его прочитала, я заплакала от горя, потому что не могла поверить, что это сделал мой сын. И я очень благодарна учительнице Анне Борисовне, которая в принципе могла бы дать ход этому письму, но она этого не сделала. Она его простила. И у них потом были невероятно трогательные отношения… Она осталась и в моем сердце. Я очень ей благодарна и люблю ее. Иногда мы созваниваемся, я приглашаю ее на спектакли.

О чем все это? О том, как важно доверяться. Я думаю: как хорошо, что мы не попали туда, в этот лицей, в седьмом классе. Может, он и хорошо учился бы сейчас, но у нас не было бы этой истории...