Слово Божие и слово человеческое. Римские речи

«Слово Божие и слово человеческое. Римские речи» — сборник размышлений Сергея Сергеевича Аверинцева — ученого и мыслителя поистине необъятных масштабов. Его имя — одно из самых значимых в отечественной культуре последних десятилетий. Филолог и библеист, поэт и переводчик, специалист по античной, средневековой, русской и европейской литературе, убежденный христианин и проповедник евангельской вести на языке высокой культуры, последние годы жизни он посвятил выстраиванию мостов между Востоком и Западом, западноевропейской и отечественной христианскими культурами. Плоды этих трудов — настоящий сборник. В него вошли как просветительские выступления Сергея Сергеевича, посвященные русской православной культуре и ее особой ценности в мировом контексте, так и социально-политические очерки о состоянии христианской культуры в современном секулярном мире. В этих богословских размышлениях автор раскрывается как яркий и оригинальный христианский мыслитель, который созидает пространство диалога, встречи и общего дела там, где другие видят только разделение и вражду. Поэт Ольга Седакова: «Это ... издание, быть может, впервые дает отчетливо — христианского мыслителя и оригинального богослова. Это лицо просвечивало во всех его филологических и культурно-исторических трудах, но здесь оно является прямо и открыто. Серьезный разговор об этом еще впереди. Можно только сказать — для начала, — что Премудрость Божия, эллинская София, библейская Хокма — несомненный центр его мысли, центр всей его работы. Я думаю, Аверинцев, как автор библейского гимна Премудрости, мог бы сказать о себе: „Я полюбил ее и взыскал ее от юности моей“ (Прем. 8: 2)». Митрополит Иларион (Алфеев): «Имя Аверинцева явилось в России предвестником того духовного раскрепощения, которое произошло уже в новейший период истории страны, но которое начиналось еще в глухие советские годы, за 20 лет до эпохи «перестройки» и «гласности», за 25 лет до религиозного ренессанса, последовавшего за распадом СССР. Универсальная эрудиция Аверинцева позволяла ему исследовать различные пласты европейской культуры, в частности — прослеживать органическую связь, взаимопроникновение и примеры единения двух великих культур — русской и западноевропейской. Он был поистине гражданином мира: русским и в то же время настоящим европейцем, православным и в то же время знающим и любящим западное христианство, понимающим, что христиане не должны быть врагами». В книге вы найдете: тексты знаковых выступлений Сергея Аверинцева, оказавших непосредственное влияние на развитие современной христианской мысли; очерки и размышления о православии и культуре, о современном обществе и тенденциях его развития; будоражащие интеллектуальные открытия и необъятную глубину богословской мысли автора; послесловие Ольги Седаковой. Кому будет интересна эта книга? всем, кто интересуется вопросами богословия, культуры, философии и истории; тем, кто находится в поиске по-настоящему твердой пищи для ума; всем, кто желает осознавать глубинные причины процессов, происходящих сегодня; тем, кто не хочет довольствоваться поверхностным пониманием важных для культурного пространства тем. «Смирение, которому учит христианство, по существу, величайшее дерзание; с точки зрения мудрости века сего — непростительная дерзость, верх оптимистического безумия. Всерьез признать себя малым и ничтожным перед Богом значит всерьез поверить, что стоишь в некоем реальном отношении к Богу. Так ли уж это смиренно в тривиальном смысле слова “смирение”?» «Я привык ценить то, что прежде называли via media — золотой средний путь. Мне жаль, что в настоящее время почти вовсе отсутствует средняя точка зрения при обсуждении таких животрепещущих вопросов современности, как, например, глобализация; что слишком редко встречается критика, которая была бы смелой, не будучи негативистской, и руководствовалась бы достаточно твердыми этическими принципами, не будучи мелочно моралистической, которая далеко держалась бы от сентиментальности, но еще дальше — от цинизма. К несчастью, эпоха телевизионных дискуссий не оставляет места для выражения нюансированных точек зрения: задан темп, обрывающий на полуслове всякое “но”, всякую уточняющую оговорку». «Русские люди всегда интересовались проблемой взаимоотношений между Богом и тварным человечеством. Наряду с ответом на обычный вопрос: «Какой человек приятен Богу? Что делать, чтобы угодить Ему?» — они изо всех сил пытались найти ответ и на вопрос: «Для чего нужен человек — Богу?» и особенно предпочитали размышлять над тем, чтó есть Божественная любовь. Такова икона Св. Софии — творческого ипостасного принципа Бога, ликом обращенного к человечеству, творящего на земле Церковь как прообраз грядущего Царства Божия — идеального мира, преображенного посредством Божественной жертвенной любви, разрешающей все возможные проблемы»