23 Апреля 2018

Быть женщиной: дочь, сестра, жена и бабушка

Семейная психология

Вчера православные праздновали день жен-мироносиц. Задним числом поздравляем всех женщин, девушек, девочек и бабушек с этим замечательным праздником.

Желаем вам продолжать нести ближним свет, мир и любовь. И предлагаем отрывок из “Книги о женственности” священника и психолога, отца Петра Коломейцева — о том, каково это быть быть дочерью, сестрой, женой и бабушкой.

Прежде всего, пишет Соммэр, «женщине необходимо стать „матерью самой себе, направить на себя все свои материнские качества, начать заботиться о себе и обучить себя быть настоящей женщиной».

Быть дочерью


Книга о женственности

Первый этап — стать дочерью своих земных родителей и дочерью Небесного Отца. Через любовь мамы и папы девочка познает любовь Господа и Божьей Матери к себе. Если в семье правильные, гармоничные отношения, ребенок входит в свое дочернее, сыновнее положение и хорошо понимает свои взаимоотношения с Богом. Если на этом этапе женщина не почувствовала любовь родных, ей будет трудно потом дарить ее другим.

Быть сестрой


Книга о женственности

Следующий этап доводится пройти сегодня далеко не всем женщинам, но он — немаловажен. Старшие дети чувствуют себя ненужными, отвергнутыми после рождения младших братьев или сестер. Опыт выхода из этой некомфортной ситуации помогает женщине в будущем выстроить отношения между собственными детьми. Конечно, в однодетных семьях такой опыт получить невозможно, и тогда его дефицит восполняется обучением и следованием примеру ровесников, имевших братьев и сестер.

Сестринский уровень готовит не только к призванию материнства. Он помогает девочке наладить общение со сверстниками, а также найти свое место в Церкви, среди сестер во Христе.

Быть женой


Книга о женственности

Супружество — это оселок, на котором выправляется любая щербинка самости и эгоизма. Мы уже говорили о том, что призваны пройти этим путем к достижению дивно высокой цели.

«В мире, где все и вся идет вразброд, брак — место, где два человека, благодаря тому что они друг друга полюбили, становятся едиными.

Место, где рознь кончается, где начинается осуществление единой жизни. И в этом самое большое чудо человеческих отношений: двое вдруг делаются одной личностью, два лица вдруг, потому что они друг друга полюбили и приняли до конца, совершенно, оказываются чем-то большим, чем двоица, чем просто два человека, оказываются единством», — говорил митрополит Антоний Сурожский.

Брак, на самом деле, сродни монашеству в вопросах аскезы, смирения и любви. Вот как рассуждал об этом владыка: «Брак и  монашество — как бы два лика одной и той же Церкви. В браке единство бросается в глаза: двое соединяют свою судьбу так, чтобы весь свой земной путь пройти вместе. В монашестве человек отходит от той личной человеческой близости, которая составляет радость и полноту брака, как бы в предвкушении того времени, когда Бог победит, когда победит все, что есть лучшего в человеке.

Да, монах от этого отказывается, но он не отказывается от любви: во-первых, от любви к Богу, во-вторых, от любви к человеку... Монахом может стать только такой человек, который осознал и воспринял достаточно глубоко трагизм мира, для которого страдание мира настолько значительно, что он готов о себе позабыть совершенно для того, чтобы помнить о мире, находящемся в страдании, в оторванности от Бога, в борении, и для того, чтобы помнить о Самом Боге, распятом по любви к миру...

Как видите, и в монашестве, и в браке корень всего — в любви, притом личной, живой, конкретной любви к миру, в котором мы живем, в сознании его трагичности, а вместе с тем (и это сказывается, может быть, более ярко, более зримо в браке) — в радости о том, что в этом трагическом мире есть любовь, есть единство, есть дружба, есть такие человеческие отношения, которые делают его не адом, а возможным раем». Любовь цементирует супружество.

Однажды ко мне обратилась девушка с просьбой дать ей психологический тест, чтобы проверить, любима ли она своим избранником. У меня под рукой ничего подобного не оказалось, и я посоветовал открыть тринадцатую главу Первого послания к Коринфянам и сравнить то чувство, которое испытывает к ней молодой человек, с тем, о чем пишет апостол. «Отмечай прямо плюсами или минусами по пунктам»,— предложил ей я. Через некоторое время девушка снова вышла на связь.

«Ну что, — спрашиваю ее, — любит?» — «Хуже, батюшка, — отвечает она, — я не люблю».

Девушка решила применить этот тест к себе и поняла, что не готова стать женой. «Знаете, — призналась она, — у меня все есть: квартира, машина. И вот появляется еще один объект моего комфорта — муж, который должен будет делать то-то и то-то.

Когда у  меня ломается машина, я отдаю ее в сервис. Если надо сделать ремонт, убрать квартиру, приглашаю рабочих и помощников. А заботы, связанные с мужем, мне придется брать на себя. Ну или помощницу звать.

А если какие-то проблемы возникнут, кто их будет за меня решать? И подумала я: да зачем мне этот муж?» Вот так неожиданно человек открыл в себе отсутствие призвания быть супругой.

Другая женщина бальзаковского возраста попросила благословения зарегистрироваться на православном сайте знакомств. Нашелся мужчина средних лет. Из переписки было понятно, что он представляет себе объем обязанностей и задач супруга. Когда они стали общаться, выяснилось, что он любит вкусно поесть, ценит красиво сервированный стол. Но самое страшное — белые рубашки, которые он менял каждый день.

«Неужели вы хотите сказать, что мне придется стирать и гладить ваше белье?» — озаботилась женщина.

Он сказал, что стирать, гладить рубашки и прочее совсем нетрудно, у него есть свои ноу-хау, которыми он был готов поделиться. Но перспектива заниматься опрятным видом мужа эту женщину испугала. За чем было получать высшее образование? Она решила посоветоваться с подругой. Та ответила: «О! Мой точно такой же! Берем! Белые сорочки, ужин при свечах — ему просто все это нравится. А мне нравится, что ему нравится». Но увы, то, что подошло одной, оказалось неприемлемым для другой.

Сейчас стадия супружества отбрасывается как необязательная. В обществе истребленного отцовства проще создать семью из двух членов — мать и дитя, а зачастую «мама, бабушка и я». Возможно, виной тому — наше историческое наследие. Отец в семье был фактором не благополучия, а скорее риска: его могли убить, арестовать, репрессировать. Вот как передала трагизм той эпохи уральская писательница Ольга Славникова:

«Очень долго и  давно, не меньше чем сто двадцать лет, мужчины не умирали своею смертью в лоне этой семьи, но исчезали, как были, не успевая измениться за часы ареста или отъезда.

После, когда весть об их погибели в каторге или на войне доходила до сомкнувшегося женского мирка, она воспринималась там как новость, непостижимо дошедшая с того света, где смерть, должно быть, случается так же, как и здесь, — уходит смысл существования, после чего все вокруг продолжается, и надобно как-то продолжаться и самой.

Некоторое время ожидали еще каких-нибудь сведений, безо всякой, впрочем, для себя надежды: загробный мир, кольцом лежавший вокруг городка, никогда не возвращал им мужей и отцов, и любые вести, какие еще могли донестись, буквально относились к прошлому, так же как и собственные их воспоминания, с годами странно упрощавшиеся. Мужем становилась фотокарточка на стене…»

В советском обществе создавался положительный образ матери-одиночки, прекрасной иллюстрацией тому служит фильм «Москва слезам не верит». Сегодня финансовая самостоятельность женщины делает наличие мужчины факультативным, и потому, как отзывался один школьный учитель о матерях, приходивших на родительские собрания, «все такие гордые, разведенные».

Книга о женственности

Помимо неполных, у нас существует большое количество дисфункциональных или негармоничных семей. Отношения между членами в них деформированы, что в итоге травмирует детей, и впоследствии они зачастую повторяют родительские сценарии.

Супружество — опыт очень важный, требующий колоссальной работы, и не только от женщины.

«Мы все думаем, будто знаем, что такое любовь, и умеем любить, — пишет владыка Антоний. — На самом деле очень часто мы умеем только лакомиться человеческими отношениями».

Любить другого, как свое собственное тело, бояться огорчить ближнего — это понятно в теории, но так труднодостижимо на практике.

Быть бабушкой


После того как женщина прошла дочерний, сестринский, супружеский уровни, перед ней открывается уровень материнства. Но женское предназначение им не заканчивается. Я имею в виду еще одну роль, о которой теперь предпочитают не вспоминать, а ее наименование воспринимают как ругательство.

Обретение статуса бабушки всегда связано с констатацией возраста. До рождения внуков можно притворяться сколь угодно молодой, а с их появлением всем становится очевидно, сколько примерно женщине лет. Однако сейчас придумали хитрость — не обязательно бабушку называть бабушкой. Вечно юные Иры, Гали, Светы не стремятся подчеркивать, в какой степени родства они состоят с мальчиками и девочками, которых они забирают, например, из детского сада. Дети зовут их просто по имени, и мы не знаем, с кем имеем дело — с тетей, няней или соседкой.

Книга о женственности

На самом деле бабушка — очень важный человек в семье. Благодаря ей корректируются, сглаживаются ошибки воспитания, допущенные матерями.

Для них сын или дочь зачастую — последняя игрушка, с которой они забавляются, а бабушки воспринимают внука или внучку как своих последних детей, которым они передают опыт и семейные традиции.


Больше интересных мыслей о женственности вы найдете в “Книге о женственности”

Книга о женственности

Священник Петр Коломейцев

Эта книга раскрывает нам не столько богословие вопроса, сколько рассказывает о положении женщины в современном мире, о том, как реализовать богословие на практике, в повседневной жизни.

Она адресована и женщинам, и мужчинам независимо от возраста, ведь никогда не поздно получше узнать и понять самого себя и своих родных.