27 Сентября 2018

Древо Познания, Древо Креста, Древо Жизни

Знакомство с Православием

В Ветхом Завете было древо Познания добра и зла, которое привело к грехопадению, к духовной смерти. А в Новом завете древо смерти — Крест, на котором был распят Христос, стало древом Жизни. Об этом — в книге Петра Малкова «Воздвижение Креста Господня».

В первый раз, во времена Адама и Евы, грех вошел в мир именно через древо. Но и в грядущем Распятии Спасителя этот грех, явившийся в мир через посредство древа, окажется вознесен тоже на Древо — Крестное, и будет на нем Христом уничтожен. Он грехи наши Сам вознес телом Своим на древо, дабы мы, избавившись от грехов, жили для правды: ранами Его вы исцелились — говорит апостол Петр (1 Пет. 2: 24).

Древо жизни. Икона

Древо жизни. Икона

Святые отцы размышляют о таком смысловом и символическом параллелизме древа познания и Древа Креста довольно часто. Например, святитель Иоанн Златоуст в «Беседе 16-й на книгу Бытия» говорит: 

«То (райское. — П. М.) древо ввело смерть, потому что за преслушанием последовала смерть; это (Крестное. — П. М.) даровало бессмертие. То изгнало из Рая; это возвело нас на Небо. То за одно преступление подвергло Адама такому наказанию; это освободило нас от бесчисленных тяжестей греховных и дало нам дерзновение перед Господом нашим. Видите вы разность между древом и Древом?»

В другой своей гомилии — в «Слове на Пасху» — святитель Иоанн утверждает: «…И чем победил нас дьявол, тем же преодолел его Христос; Он принял те же самые оружия и ими поразил дьявола; а как, послушай.

Дева, древо и смерть были знаками нашего поражения; девой была Ева, потому что она еще не познала мужа, когда подверглась искушению; древом было древо познания добра и зла; смертью было наказание Адаму. Видишь ли, как дева, древо и смерть были знаками нашего поражения? Посмотри же, как потом они же сделались орудиями победы. Вместо Евы — Мария, вместо древа познания добра и зла — Древо Креста, вместо смерти Адама — Смерть Господа.

Видишь ли, что чем дьявол победил, тем же он и побежден? Древом победил Адама дьявол, Крестом поразил дьявола Христос. То древо низринуло человека во ад, а это Древо, Древо Креста, и низринутых туда опять извлекло из ада; то заставило пораженного скрыться, как пленного и нагого, а это показало всем Победителя обнаженно пригвожденным на высоте ко Кресту.

Питер Венцель. Адам и Ева в Райском саду

Питер Венцель. Адам и Ева в Райском саду

Та смерть подвергла осуждению всех живущих и после Адама, а Смерть Христа поистине воскресила всех, живших и прежде Него… Чрез смерть мы сделались бессмертными, по падении восстали, после поражения стали победителями. Таковы действия Креста; они — величайшее доказательство Воскресения…»

Более того: по убеждению древних святых отцов, даже избранное Господним Промыслом место Крестной Смерти Христа должно было отразить внутреннюю взаимосвязь и в то же время смысловую оппозицию между Древом Крестным и древом познания добра и зла.

Существует древнее предание, что Адам был погребен на том самом месте, где затем, много тысячелетий спустя, распяли Спасителя. Тем самым Древо Креста было водружено распинателями Нового Адама — Христа именно там, где покоился ветхий Адам, умерший из-за вкушения запретного плода от древа познания.

Святитель Хроматий Аквилейский говорит в «Слове о Страстях Господних», что «Смерть — через Адама, жизнь — через Христа, Который для того и снизошел на Распятие и Смерть за нас, чтобы грех дерева устранить Деревом Креста и наказание смерти отменить таинством смерти».

Святитель Филарет Московский сравнивает напрямую Древо Креста с древом познания добра и зла: ведь Крест для распятого и умершего на нем Господа стал «Древом смерти» — подобно тому как райское древо познания добра и зла сделалось некогда «древом смерти» для ветхого Адама. Однако благодаря тому, что на этом Господнем «Древе смерти» восторжествовало спасение и Жизнь победила Собой смерть, Древо Креста подлинно оказалось для всех нас самым настоящим «Древом жизни».

Так крест гнева преображается в крест любви; крест, заграждавший Рай, становится лестницей к Небесам; крест, рожденный от страшного древа познания добра и зла, чрез орошение Божественной Кровью, перерождается в Древо жизни. Сын Божий приемлет естество наше, и через страдания совершает Себя вождем спасения нашего; всячески быв искушен, может и искушаемым помочь; шествует со Крестом, и приводит в славу Своих последователей (ср. Евр. 2: 10, 18)».

Тогда, в Раю, в понимании многих святых отцов, древо жизни поддерживало своими плодами в Адаме и Еве святую силу богообщения, животворило их, являясь богодарованным и благодатным духовным древом. Ныне, в христианскую эпоху, таким райским животворящим Древом для нас оказывается Крест Христов. И потому, обращаясь ко Кресту, святитель Андрей Критский решительно провозглашает: «Христос, распятый на тебе, сделал тебя Древом жизни».

Ныне мы вкушаем плоды не от древа познания добра и зла, а именно от райского древа жизни, которым для нас сделался Крест нашего Спасителя. И плодами этого нового Древа для верующих являются жизнь в Церкви, приобщение благодати Божией, начало всеобщего воскресения во Христе.

Небесный Иерусалим

Небесный Иерусалим

О древе жизни говорится и ближе к концу новозаветной книги Откровение, где описывается образ пребывания спасенных в Царствии Божием: И показал мне чистую реку воды жизни, светлую, как кристалл, исходящую от престола Бога и Агнца. Среди улицы его, и по ту и по другую сторону реки, древо жизни, двенадцать раз приносящее плоды, дающее на каждый месяц плод свой; и листья дерева — для исцеления народов (Откр. 22: 1–2). Следует подчеркнуть: древние святые отцы понимают этот новозаветный образ именно как обетование о реальном и обоживающем приобщении святых Самому Христу и спасительным, животворящим плодам Его Крестной Жертвы и Крестной славы.

Тем самым древо жизни воспринимается святоотеческой традицией именно как некая — таинственным образом — триединая реальность. Оно — насажденное некогда Богом посреди Рая; и оно же — Древо Креста, дарующее нам начало вечной жизни в Боге; и оно же — то самое древо жизни, древнее и одновременно вечно новое, благодатными плодами которого станут питаться святые в Небесном Иерусалиме.


Из книги Петра Малкова «Воздвижение Креста Господня».